?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Aug. 18th, 2015

Поперечитывала стихи anna_fedorova, эту тёмную лирику. Вовремя.
Не устаю поражаться внезапному созвучию мыслей и чувств с казалось бы более чем полностью непохожим на меня человеком (что автор, что лирический герой). Ну и проясняется местами, да.
Мне нравится у неё многое, но здесь будет о любви и последствиях.

Don’t ask don’t tell

Ты начинаешь бодро,
Как дух продаж.
Ты знаешь, что говорить – это лучший способ.
Ты начинаешь первой, и фору дашь.
Беседа как атака, как абордаж.
Он не уйдет от самых лихих вопросов.

А он молчит,
Как в долгом плохом кино.
Многозначительно, плоско, враждебно, криво.
Любой маневр покажет тебе одно:
В молчании тонет стратегия все равно,
Как бы ты ни желала большого взрыва.

Переговорщик
Ходит вокруг углов,
Довыясняет, ставит другие рамки.
Но вот беда: никчемен его улов,
Тут свой закон, и он без идей суров.
Откроешь рот – с размаху шагнешь на грабли.

Итак, молчи.
Не спрашивай и молчи,
Не время для выяснения всех позиций.
Рассеянно по подушке скользят лучи,
Бессмысленно смс-ки летят в ночи,
И коготь судьбы ищет, в кого вонзиться.

Ты вспомнишь,
лежа без сна и смотря в окно,
Где длинные тучи вольно текут, как реки,
Закон, отмененный уже давно,
Чуть ли не в прошлом веке.

Помнишь, как было:
Не спрашивай и молчи,
Don’t ask don’t tell – формула как в граните.
Этот закон полсотни имел причин,
Немало копий он об себя сточил.
«Я промолчу, простите».

Безмолвно,
Обезоруженно, растеряв
Все свои бонусы, все артефакты сбросив,
Ты молча шарф завязываешь в дверях,
Ты молча перебираешь прекрасный ряд
Тех аргументов, которые он не просит.

И кто здесь прав,
Хотя бы на долю прав?
Вместо большого взрыва – игра zoom-zoom’a.
Снимаем клипы, камеру крутит кран.
Don’t ask – увидишь черный слепой экран.
Don’t tell – иначе получишь в зубы.
Здесь нет побед, и это тебя страшит,
И оба стремятся глупо достичь вершин
В игре с отрицательной, сразу известной суммой.


The death of love

Соблазн кристаллизуется в печаль,
несбывшегося мраморная тяжесть
тебя на год заледенит и свяжет,
лишит желаний думать, отвечать,
писать и жить. Бессмысленная взвесь
переживаний, бесполезных здесь,
сейчас и здесь – больничный карантин,
ты обессилен, ранен, ты один.

Что я не сделал? Где я был неправ?
какой сигнал я пропустил, скажите.
Вся жизнь – интерпретация событий
и выясненье статусов и прав.

Ты не любил бороться, никогда
в борьбе не видел радости и драйва,
весь влажный скрежет садо-мазо рэйва
ни капельки тебя не волновал,
ты действовал иначе, ты шутил,
ты воплощал хорошие сюжеты,
ты был хорош одетый и раздетый,
и даже боли не хотел чужой.
Теперь сидишь, ты предан и избит,
полет валькирий, пафосный финал,
кривые письма, бред, рыданья жен,
невероятно далеко до лета,
и никогда не будет хорошо.

Вокруг смеются те, кто любит боль.
Уходят греться в бархатной пучине.
Они тебя почти что получили
и очень жаждут встретиться с тобой
потом, на самом узеньком мосту,
где нет ни опозданий, ни простуд,
ни отговорок, где последний трус
приемлет тяжесть этих тяжких уз –
любви. Любви. Нелепо повторяй:
что только с ней возможен этот рай.

Но этот рай не нравится тебе,
в нем нет каких-то чистых оснований.
Святые в нем себя не узнавали,
хотя писали тоже о любви,
но домик их был скромен, строг и бел,
а ты в дворце вздыхающем живи.
И в храме плоти каждая стена
податлива, меняется, красна.

За рамками немыслимой любви
маячит небо, офисов коробки,
свой светофор мигающий лови
и успевай на встречу через пробки.
«Американо, сырники и мед».
Очки Cavalli в матовой оправе.
И дьявол твой тебя не узнает –
он думал, ты валяешься в канаве,
измученный отсутствием тепла,
истерзанный крушением надежды –
той самой, что тебя не позвала
и более теперь тебя не держит.

Так значит, нет. Иди тогда вперед,
с предельной силой ноги поднимая,
Болото ничего не отдает
до самого невидимого края,
Иди вперед, где выстроен фронтир
мышления, заботы и работы,
Где мир спокойно спрашивает: кто ты?
И вовсе не спешит тебя спасти.
Но ты идешь по чистому пути.


Rubedo (альбедо и нигредо тоже есть)

Ты будешь меняться медленно, как ландшафт.
Скала, в которой эрозия точит лестницы.
На то, чтобы сделать свой первый шаг,
Ты, безусловно, потратишь месяцы.

Он будет с тобой - поддерживать и ласкать,
Готовить к дракам и с щек твоих слезы слизывать,
Встречать с тобой твой каждый фатальный спад,
Учить тебя отвечать на любые вызовы.

Понимаешь позже, на это нужны года,
Пережив с десяток ребрендингов и пожаров -
Есть то, за что не расплатишься никогда.
То, что не инвестиции, а подарок.

Ты будешь меняться медленно, как язык
Провинциалки, взятой в другое общество.
Ты станешь чудом, рухнувшим на весы,
Зоной, чей периметр выжжен дочиста.

Ты станешь кем-то, могущим говорить
Уже не так, как ранее говорила ты.
Говорить самой, как будто ты строишь Рим,
Как будто твои слова - боевые вылеты.

Ты можешь теперь идти, раз уже жива,
Иди одна, он скажет, иди одна.
Иди туда, где чья-то заря видна,
Иди одна, как ранее не решалась ты.
Чем отличаются волшебные существа?
Они совершенно не знают жалости.

Иди одна, раз "взрослые - это мы",
Лучшая из десятка, живая девочка.
Миссионером в ждущие слов холмы,
Пренебрегая страхом, как медной мелочью.

Comments

( 6 comments — Leave a comment )
ahikara
Aug. 18th, 2015 09:27 pm (UTC)
Хм. Ну, я еще понимаю про девочек. Но откуда же она мужские эмоции так точно списывает?!
aenye
Aug. 18th, 2015 10:16 pm (UTC)
Пойти, что ли, Ане этот комментарий показать.

Потому что она - поэт. А поэзия это искусство, а искусство вне гендера, оно божественной природы.

А еще, может потому, что мы чувствуем одинаково, мальчики ли, девочки ли.
ahikara
Aug. 18th, 2015 11:02 pm (UTC)
Золотые слова.
aenye
Aug. 19th, 2015 01:32 pm (UTC)
Все мы бывали в этом.
uuproschu
Aug. 19th, 2015 06:29 am (UTC)
В который раз убеждаюсь в правильности твоего выбора
elfmeta
Aug. 25th, 2015 06:29 am (UTC)
чудное. спасибо тебе!
( 6 comments — Leave a comment )